— Ты смотрела плохие фильмы. — Он значительно подмигнул ей.

— Зато я знаю, какие смотрел ты, — возразила она, бросив на него укоризненный взгляд. — Те самые, что Сэмми Макхиггис показывает у себя в бильярдной после полуночи.

Кейдж попытался сохранить серьезное лицо, слыша ее высокомерный тон, однако бросил пустые попытки и позволил улыбке коснуться его губ.

— Леди приглашены. Хочешь пойти со мной как-нибудь?

— Нет!

— Почему же нет?

— Почему нет? Да потому, что я не хочу скончаться от ужаса и отвращения, просматривая эти фильмы. Они отвратительные.

Он склонился к ней ближе и язвительно заметил:

— А откуда ты знаешь, что они отвратительны, если ни разу их не смотрела? — Она хлопнула его по плечу, и он отвернулся, сохранив в памяти аромат ее свежей, пахнущей весенними цветами кожи. Постепенно улыбка на его лице померкла, сменившись хмурым выражением, появившимся у него, едва он снова взглянул в ее глаза. — Дженни, когда Хол попросил тебя выйти за него замуж?

— Я же сказала тебе, это…

— Где вы были? Опиши, что вас окружало? Что произошло? Он преклонил колени? Это случилось на заднем сиденье его автомобиля? Днем? Ночью? В кровати? Когда?

— Прекрати! Я же сказала тебе, что я не помню.

— Да было ли вообще это? — Его голос был так тих, что она невольно обратила внимание.

— Что ты имеешь в виду?

— Он вообще хоть раз произносил эти слова вслух? «Дженни, ты выйдешь за меня замуж?»

Она отвернулась от него:

— Мы всегда знали, что нам предстоит пожениться.

— Кто всегда знал? Ты? Хол? Мама и папа?

— Да. Все. — Она повернулась к нему спиной, намереваясь вернуться домой. — Я должна идти туда и…

Его теплая, тяжелая рука сомкнулась вокруг ее запястья и притянула назад.

— Скажи Холу, чтобы он не ехал в это идиотское путешествие.

Она обернулась: